Публикации

НЕ КОЛИЧЕСТВО, А КАЧЕСТВО
Беседа со старшим преподавателем регентско-певческого отделения

Ольга Михайловна ШОЛКОВА начала свое музыкальное образование в Республиканской гимназии-колледже при Белорусской государственной академии музыки. По окончании музыкального училища продолжила учебу в Консерватории по классу скрипки.

Около 20 лет назад впервые пришла петь на клирос Свято-Никольского храма поселка Сокол в пригороде Минска. Когда стало понятно, что классического музыкального образования для пения в церковном хоре недостаточно, поступила в Минское духовное училище на специальность «регент церковного хора».

С 2008 г. по 2016 г. была руководителем регентско-певческого отделения, сейчас — старший преподаватель этого отделения. Преподает «Церковное пение» на дневной форме обучения и «Регентское дело. Церковный обиход» на заочной форме обучения.

С 2013 года по настоящее время несет клиросное послушание в храме иконы Божией Матери «Всецарица», где настоятелем служит супруг Ольги Михайловны — протоиерей Кирилл Шолков.

— Матушка Ольга, расскажите подробнее о дисциплинах, которые Вы преподаете в духовном училище.

— Предметы «Церковное пение» и «Регентское дело» включают в себя множество дисциплин. С одной стороны, это — дирижирование или регентование, сольфеджио, знание основ музыкальной гармонии, постановки голоса. С другой — понимание Устава, Литургики, Ветхого и Нового Заветов, церковнославянского языка. На уроках мы рассматриваем и изучаем песнопения церковного обихода: Литургии, Всенощного бдения, праздничных служб, а также Великого Поста. 

В процессе работы над тем или иным песнопением ребята стараются не просто правильно петь ноты, но понимать текст, который они должны донести молящимся в храме.

Мы работаем над произношением, артикуляцией, дирижерским показом, звукоизвлечением и музыкальным строем. Кроме того, учащиеся должны уяснить, что, как, почему поется и какую смысловую нагрузку несет то или иное песнопение.

— Уже 13-й год Вы преподаете в училище. Если сравнить, есть ли разница между теми, кто поступал сюда раньше, и нынешними учащимися?

— С течением времени все меняется, меняется и мир вокруг нас. 15 лет назад Церковь еще только возрождалась, были своего рода романтические настроения. Теперь люди поступают более осознанно.

В последние годы самыми востребованными отделениями стали вечернее и заочное, где, в основном, обучаются люди среднего и более зрелого возраста. Дневное отделение — молодежь, очень подвижные, легкие, доброжелательные ребята.

— Что необходимо для успешного обучения в духовном училище и может сыграть основную роль, дать наилучшие результаты — хорошие данные или прилежание? Как Вы расставите акценты?

— Первое условие хорошего обучения, по моему мнению, — хороший преподаватель. Ведь именно он прививает любовь к предмету.

Затем большую роль имеют прилежание и музыкальные данные. В училище за три года мы даем такую базу, что человек может и дальше развиваться. Если есть хорошие данные, но нет труда — обучение абсолютно бесполезно. Если данные недостаточные, то обучение потребует от человека очень большого труда и времени. Бывает, приходят люди с очень плохой координацией слуха и голоса, они слышат, что нужно петь, но не могут это исполнить. А через три года они уже прекрасно поют и даже руководят хорами. Иногда мы видим, что за все время обучения ученик так и не вырос в свою меру. Он вырастет потом — на приходе. Уже через 5-10 лет он будет петь по-другому, будет качественно расти. Мы наблюдали такой рост очень часто.

— Значит, надежда есть у каждого!

— Абсолютно! Музыке может обучиться любой человек, если будет прилежание. Количество времени, уровень, мастерство — это уже другой вопрос. Обучение музыке всегда очень серьезное, сложное, и в духовном училище учиться непросто, но очень интересно!

Бывает, к нам приходят ребята и девочки с совсем средними возможностями, но у них так горят глаза, что потом они всем на удивление становятся очень хорошими музыкантами и даже руководителями столичных церковных хоров. 

Прежде всего, надо дерзать, не бояться и верить. Не надеяться на свою самость, гордость. Воспитывать себя. Если студент трудится, и у него есть желание, Господь поможет — потихонечку все наладится. Очень важно, как человек подходит к своему делу — будет он с Богом или без Бога.

Ты хочешь просто петь, просто красуешься, хочешь руководить, чтобы быть первым, или хочешь изменить свою жизнь, чтобы заниматься церковным пением?

— То есть важна мотивация?

— Мотивация и серьезное отношение к себе, к вере, к Богу — как все это будет в тебе сочетаться. Потому что профессия регента непростая.

— Почему?

— Все праздники ты в храме. Сначала — храм, потом — твоя семья. Большая нагрузка: рано встаешь, поздно ложишься, день не нормирован. Это если мы говорим о людях, которые служат каждый день. У тебя нет выходных и праздников, когда ты можешь быть с семьей. И это нужно принять. Хорошо, если твоя семья с тобой в храме. А если нет?

Всегда думают, что регент — небожитель, когда он стоит на клиросе. На самом же деле он — обычный человек со своими немощами. Но регент должен так себя вести, чтобы никому не быть соблазном. С него другие требования: как ты одет, как стоишь, как поздоровался, как промолчал — на все смотрят. Легко кого-то соблазнить, даже взглядом обидеть. С другой стороны, нельзя быть зашоренным, не надо строить из себя «святого». Нужно жить по-доброму, с любовью к людям. 

— В профессиональной деятельности регента что главное? Какие качества, навыки важнее всего?

— Первое — чтобы человек любил Бога, любил храм, богослужение. Если не будет любви, какой бы ты ни был специалист, — это бесполезно, в храме ничего не получится.

Еще нужно развивать свои музыкальные данные, способности, знания, умения, дирижерскую технику. Слушать много музыки, чтобы быть грамотным музыкантом.

Но прежде всего, надо понимать место песнопения в богослужении и характер его исполнения. Для этого нужно учиться молитве во время пения, что, кстати, очень сложно бывает на клиросе — попробуй за всем уследить: и за молитвой, и за нотами, и за порядком. Если же есть такая синергия: любовь к тем, с кем поешь, и к тому, что поешь; уважение к тому, кто служит (нужно сослужить священнику, помогать ему, чтобы служение было в единстве), — тогда все получится.

— Значит, нет чего-то приоритетного, а важнее всего — сочетание всех деталей, нюансов, моментов и факторов? И молитвенности, и технических навыков, и музыкального профессионализма. 

— Несомненно. От регента требуется умение показать как и что петь, обладать качествами руководителя, способностью собрать вокруг себя людей. В Церкви хор должен стремиться к тому, чтобы быть как одна семья, участвовать в жизни прихода. В жизни хористы всегда помогают друг другу — и в горе, и в радости.

— Матушка, весьма высокий уровень требований! Видимо, непросто ему соответствовать — и студентам, и преподавателям?

— Духовное училище серьезно отличается от светских учреждений образования тем, что здесь все начинается с молитвы. И близость студентов между собой, единение воспитывается изначально. Я думаю, все наши преподаватели обращают на это внимание.

В хоре, в церковном пении учащиеся работают вместе. Тут один за другого должен постоять, один другого научить и смириться друг перед другом. Тут во многом коллективная работа, и главное — не выпячивать себя, не гордиться.

Даже замечания певчим мы учим делать очень корректно: замечать чужие недостатки, но при этом уметь поправить человека такими словами, чтобы это не обидело, а помогло, дало возможность исправиться и получить хороший результат. 

— Какие еще особые, специфические навыки Вы стараетесь привить будущим регентам?

— Ответственность за хор, чтобы они не прятались за кого-то. То есть если ты регент, то все ошибки хора — прежде всего, твои ошибки. Регент должен знать достоинства и недостатки, слабости каждого певчего и предупреждать их: если ты знаешь, что человек может ошибиться в данный момент, то должен помочь ему не сделать эту ошибку.

— Мы с Вами большей частью говорили о молодежи. А расскажите о студентах более зрелого возраста. Наверняка, они приходят более осознанно, целеустремленно, чем молодые?

— Да. Они занимаются на вечернем отделении. Но есть там и молодые люди, и среднего возраста. Приезжают из других городов, областных, например, те, кто поют на приходах. Им нужна помощь, чтобы достойно петь на клиросе. Это очень востребованное отделение, так как на дневной форме обучения нет возможности работать…

У молодежи бывает так, что семья священника хочет, чтобы дочь или сын получили духовное образование, а молодой человек — нет. Его просто уговаривают поступить. Но через полгода учеба так «затягивает» всех студентов, что, как они сами говорят, «невозможно вовремя домой уйти»!

— И что же этому способствует? Интересные предметы? Педагоги?

— Все вместе. И ребята хорошие, которые к нам поступают. Господь же не приводит просто так — поступление в духовное заведение это не случайность. А еще молодому человеку надо, чтобы в жизни было с кого взять пример. Не всегда с родителями бывает гладко, и нужен какой-то взрослый, на кого можно было бы опереться. В училище эта возможность как раз есть. Прекрасные педагоги, священники, атмосфера самого заведения положительно влияют на формирование человека.

— А какова специфика заочной формы обучения? В правилах приема туда указано больше всего требований.

— На заочное отделение мы принимаем людей с музыкальным образованием, потому что нельзя заочно научить музыке. Это как китайскому учить заочно! Да и медицинского образования не бывает заочного. Надо хоть какую-то начальную базу иметь, чтобы мы говорили с человеком на одном языке. А дальше мы его уже направляем, восполняем пробелы в обучении.

Заочное отделение появилось, когда одна девочка из Стамбула попросила позаниматься с ней. Именно для нее и открыли курс такого обучения…

— Выходит, заочное отделение начиналось с обучения одной-единственной студентки? С ее особых обстоятельств? Какая интересная история!

— Да. Девочке нужна была помощь, чтобы регентовать и петь на приходе в Стамбуле. И в настоящее время Елена является регентом в Турции, и мы держим с ней связь.

Сейчас в училище занимаются заочники из Германии и Бельгии. Занятия онлайн — это новый этап в обучении, очень непростой.

Заочники — это вообще сложно, ведь на расстоянии нет личного контакта, нельзя человека взять за руку, чтобы он ощутил то или иное движение. Собственно, заочное — это самообразование, а педагог может только направлять, корректировать, вести к правильному росту. И требования для заочников довольно большие. Мы даем много материала, чтобы человек чувствовал себя на клиросе уверенно.

— Если в двух словах, в чем специфика каждой формы обучения?

— На вечернем мы не готовим регентов, только певчих и чтецов. Потому что количество занятий и предметов меньше, и требования более облегченные. А у заочного и дневного отделения требования практически одинаковые — и там регентов обучаем.

Но на дневное обучение мы можем принять человека без музыкального образования. Только ему придется очень много трудиться, чтобы догнать остальных. Первые полгода все плачут над сольфеджио — тяжело, устают. А что делать?

Но у нас очень хорошие преподаватели. С нуля все объясняют, доходчиво, и по 20 раз могут повторить — не проблема. Мы всех поддерживаем, даем дополнительные занятия, идем навстречу, если человек не успевает… Учим студентов не конкурировать друг с другом, а радоваться, если у кого-то что-то получилось.

— Бывая на богослужениях в разных храмах, обращаешь внимание на то, как звучит хор и какая в связи с этим атмосфера в храме. Священник может очень молитвенно служить, но если хор его не поддерживает — молиться трудно. И наоборот...

— В принципе, своим пением хор выражает просьбы молящихся и настраивает на молитвенное состояние. Поэтому певчие должны учиться молитве. И от регента очень многое зависит. Потому нам, педагогам духовного училища, нужно подготовить специалистов, которые смогут нести послушание в храме, руководить, петь, читать и помогать церковному делу. И наша цель — не количество, нам нужно качество.

Беседовала Елена Наследышева
октябрь 2020 г.
Фото из архивов Минского духовного училища,
прихода иконы Божией Матери «Всецарица»